2a9c932b     

Константинов Андрей - Бандитский Петербург 11



БАНДИТСКИЙ ПЕТЕРБУРГ - 7
Андрей КОНСТАНТИНОВ
СПЕЦИАЛИСТ
ПРОЛОГ
Главный редактор Агентства журналистских расследований Андрей Обнорский не любил понедельники. И совсем не потому, что они были расплатой за бурные воскресные вечера, - Обнорский почти не пил сам, да и в своем агентстве установил практически "сухой закон", из-за чего подчиненные Андрея глухо роптали. Обнорский, впрочем, на этот ропот плевал (по его собственному выражению) "с высокой башни".
- Пока я здесь директор, - говорил Обнорский "комсоставу" агентства, - пить на рабочих местах никто не будет. После работы и в выходные - пожалуйста! Ради Бога!

Хоть упейтесь. Но! - Тут Андрей прерывал свой монолог эффектной паузой, воздевая указательный палец к потолку и медленно обводя взглядом лица своих замов и начальников отделов (те привычно опускали очи долу). - Но если кто-то появится на службе с перегаром, небритый-немытый-нечесаный, то...

То я сделаю вывод, что этому сотруднику работа мешает пить. А в таких ситуациях надо бросать работу... А так - пожалуйста, пейте, если здоровье позволяет...

Но мой советник в Йемене, умный был мужик, помню, говорил мне: "Запомни, Андрюша, не родился на свет еще тот богатырь, который бы сильнее зеленого змия оказался..." А поэтому - будьте любезны... Мы - журналисты, мы работаем и с людьми и с блядьми, и с людями и с нелюдями, работаем в основном "мордой лица", а поэтому - и то и другое должно быть в порядке. Я понятно излагаю?
"Комсостав", слушавший подобные проповеди как минимум раз в неделю (у Обнорского было еще несколько любимых тем - например, о нечищеной обуви и об опрятности в одежде) и успевший выучить их чуть ли не наизусть, уныло кивал головами. Все знали: когда на Андрея "накатывает" и он начинает "вещать" - с ним лучше не то чтобы даже не спорить, с ним лучше просто молчать.

Потому что были прецеденты - Марина Борисовна Агеева, например, пару раз пыталась высказаться в том духе, что, мол, ничего страшного и не было бы, если бы прямо в агентстве люди могли отмечать дни рождения и всякие другие праздники-и при этом выпивать и закусывать... У-у-у!..

Тут такое начиналось... Воспитательные монологи Обнорского могли запросто перевалить отметку и сорок минут, и даже шестьдесят. Наученные горьким опытом остальные представители "комсостава" (два заместителя Обнорского - Коля Повзло и Алеша Скрипка, заведующий отделом расследований Глеб Спозоранник и заведующий репортерским отделом Володя Соболин - вот и весь "комсостав") чуть ли не на коленях умоляли, чтобы Агеева перед летучками не цеплялась к шефу и не спорила с ним - себе ж дороже обходится.
Агеева всегда обещала сдерживаться, но обещания свои выполняла не всегда, а под настроение. А если у нее настроение не соответствовало, - она могла устроить такую перепалку, что в нее как-то незаметно втягивались все участники "мерлезонского балета".

Поэтому еженедельные летучки в Агентстве журналистских расследований проходили то тихо-мирно-быстро, то долго, бурно и с такими криками, что иногда от них вздрагивала даже секретарша Обнорского Ксюша, много чего перевидавшая на своем веку. (Она, кстати, Ксюшей позволяла себя называть далеко не всем в агентстве: "Кому Ксюша, а кому - Ксения Михайловна! Я вам не девочка двадцатипятилетняя!". Ксюша на лгала, ей действительно было уже не двадцать пять, а целых двадцать девять.)
Еженедельные летучки, на которых подводились итоги прошедшей недели и ставились задачи на начавшуюся, всегда проходили в агентстве по понедельникам. Поэтому-то, собственно гово



Назад