2a9c932b     

Коничев Константин - Петр Первый На Севере



Константин Коничев.
Петр Первый на Севере
Повествование о Петре Первом, о делах его
и сподвижниках на Севере, по документам
и преданиям написано
"ПОВЕСТВОВАНИЕ" К. КОНИЧЕВА
Историческое "повествование", как назвал свою книгу Константин
Иванович Коничев (1904-1971), посвящено Петру I на Севере. "Петр
Первый на Севере"... Заслуживает ли внимания эта тема? В какой мере
Север связан с именем и деятельностью преобразователя России - Петра
I, которого Ф. Энгельс называл "действительно великим человеком"?
Ведь, казалось бы, все помыслы Петра, все его действия были направлены
на борьбу за утверждение на берегах Балтийского моря, чего Россия и
добилась в итоге победоносного завершения Северной войны, являвшейся,
по словам К. Маркса, "войной Петра Великого".
Петр прекрасно понимал, что Россия может стать могущественным
государством, только став морской державой.
""Водное пространство - вот, что нужно России", - говорил Петр
Кантемиру, и эти слова можно написать на заглавной странице книги его
жизни", - писал К. Маркс.
И первым морем, с которым познакомился Петр, было не Азовское,
Балтийское или Каспийское моря, на которых он побывает, а северное
Белое море.
Рано проявились склонности будущего царя всея Великия и Малыя и
Белыя Руси. Петру только что исполнилось три года, а в его горницах
появились "конь деревянный потешный", деревянные пушки, барабаны,
"луки маленькие", булавы, буздыханы, шестоперы, "пистоли", знамена и
пр. Среди этих игрушек, свидетельствующих о наклонностях царевича, был
и "кораблик серебряный сканной с каменьи". Царевич "потешался", но в
этих потехах можно было усмотреть будущие "марсовы дела" и "нептуновы
потехи" Петра.
В 1688 году шестнадцатилетний Петр в селе Измайлове, в амбаре,
обнаружил старый английский бот и очень заинтересовался им, так как
"потешные" суда, стоявшие в Преображенском, - струг и шнява
удовлетворить его не могли. Голландец Брандт починил бот, который стал
"дедушкой русского флога". На Яузе, на Просяном пруде, на
Переяславском озере зарождался русский флот.
Но настала пора, и озера перестали интересовать Петра. Его
неудержимо тянуло к морю. "Потеха" кончилась. Начиналось дело.
В июле 1693 года Петр выехал в Архангельск. 30 июля громом
пушечной пальбы и колокольным звоном Архангельск встречал царя. И уже
"4 числа (августа. - В. М.) в пяток великий государь... изволил на
яхте своей с людьми своими и с немецкими корабли путешествовать на
двинское устье Березовское". А в седьмом часу утра "ветром шелоником"
Петр на своей яхте впервые вышел в море.
Плескалась холодная беломорская волна, носились над водой
огромные белокрылые чайки, белел на горизонте парус одинокой поморской
шнявы.
Море произвело огромное впечатление на Петра. Он провожал
иностранные суда в открытое море, добираясь до Трех островов у
Терского берега Кольского полуострова.
Весной 1694 года "шипгер" (шкипер), как называл себя Петр и
величали его окружающие, уже плыл Двиной к "Городу" (Архангельску).
В Унской губе судно Петра попало в сильный шторм, и только
искусство лоцмана Антона Тимофеева, крестьянина Сумского погоста,
спасло яхту царя. Пристали к Пертоминскому берегу, где Петр поставил
собственноручно сделанный им крест с надписью на голландском языке:
"Этот крест сделал капитан Петр в лето Христово 1694". Побывал Петр и
в Соловецком монастыре, выходил в Белое море на новых морских судах
русской стройки "Святом Петре" и "Святом Павле". На корме кораблей
развевался новый русский флаг - красно-сине-белый.
Хотя плавания эти не обходились без "ко



Назад