2a9c932b     

Кони А Ф - Петербург, Воспоминания Старожила



Анатолий Федорович Кони
ПЕТЕРБУРГ. ВОСПОМИНАНИЯ СТАРОЖИЛА
МЕМУАРЫ
Не один Петербург настоящих дней - пустынный, безжизненный и
"оброшенный", - но и тот огромный и густо населенный, роскошно обстроенный
город, полный торгового и уличного движения, каким он был перед
злополучной войной до 1915 года, во многом отличается от Петербурга с
начала пятидесятых до половины шестидесятых годов, не только своим внешним
видом, обычаями и условиями жизни, но даже и названием.
Историческое имя, связанное с его основателем и заимствованное из
Голландии, напоминающее "вечного работника на троне", заменено, под
влиянием какого-то патриотического каприза, ничего не говорящим названием
Петрограда, общего с Елизаветградом, Павлоградом и другими подобными.
Старый город Святого Петра иногда возникает в памяти старожила в своем
прежнем оригинальном виде, и хочется, "перебирая четки воспоминаний",
пройти по нему с посетителем и познакомить его с этими, отошедшими в
область безвозвратного прошлого, воспоминаниями.
Перед нами Знаменская площадь и вокзал ПетербургскоМосковской железной
дороги, за постепенной постройкой которого в конце сороковых годов с
жадным вниманием и сочувствием следил Белинский, живший на берегу Лиговки
близ Невского, в небольшом деревянном доме, выходившем окнами на
строящееся здание. Проведение нынешней Николаевской железной дороги в
начале пятидесятых годов составляло событие государственной важности.
Первоначально ее предполагалось вести через Новгород, но Николай I провел
прямую линию между Петербургом и Москвой и приказал строить дорогу,
руководствуясь ею, не стесняясь никакими препятствиями. Оставшийся в
стороне от большого движения Новгород захирел и стал, в сущности, лишь
памятником старины в своих церквах, монастырях и урочищах, к которому
недаром Добролюбов обратился со словами:
"Все гласит в тебе о прошлом, вольной жизни край! - даже мост твой с
надписаньем: "Строил Николай".
Быть может, на решение Николая I подействовали и тяжелые воспоминания о
Грузине (усадьба Аракчеева) и о бунте военных поселян. С открытием дороги,
постройку которой охарактеризовал в своих скорбных стихах Некрасов, забыто
и запустело старое шоссе между Петербургом и Москвой, по которому прежде
было большое почтовое движение и на котором была станция, прославившаяся в
нашем кулинарном деле пожарскими котлетами. Николаевская дорога была по
времени сооружения второю в России. Первою построена Царскосельская
железная дорога, как кажется, третья, по времени, в Европе. Первая была
между Нюрнбергом и Фюртом; вторая - между Парижем и Версалем, и на ней
произошло первое тяжелое железнодорожное несчастье от свалившегося под
насыпь и объятого пламенем поезда.
У нас публика относилась с недоверием и страхом к новому средству
сообщения. Бывали случаи, что остановленные у переездов через рельсы
крестьяне крестили приближавшийся локомотив, считая его движение нечистой
силой.
Для обращения этих страхов в более веселое настроение первые месяцы
впереди локомотива устраивался заводной органчик, который играл
какой-нибудь популярный мотив.
Вагоны третьего класса на Царскосельской дороге, до начала шестидесятых
годов, были открытые с боков, что представляло некоторую опасность для
глаз пассажиров от летящих из трубы искр. Управляющий движением этой
дороги отличался большой оригинальностью - говорили, что на его визитных
карточках было напечатано: "Directeur du chemin de fer de Petersbourg a
Tzarskoye Selo et retour" [Директор



Назад